выледенит умирая,

выкровит горло до дна,

другая от краешка рая,

чужая до кончика сна,

выдышит ухо

апельсиновым деревом,

замяучит ручьями глаза,

то, что не сбудется утром зверем

к вечеру грозам вернет голоса,

сгорая первоцветами,

выцелует от темна до светла,

и выветрится отметинами,

и выстудит и криком укроет тела,

с северной стороны немоты

изгнанницей на реснице роса,

я следом иду — "Привет, вот и ты",

и боги мне в темя воткнут небеса,

А-А-А-А-А

целыми

неделями

ве_ри_ли,

тепло_

уловителями

друг друга

гре_ли,

по стЁклам

постели

текли

наугад,

горевали

целями,

резали

венами

артерий

прерии,

где звездо_

_падение,

где дверыка

в ад,

и да прольется глоткАми

на белоснежие

алая клякса-тьма,

так, крошечными шагами

пространство меря

крадется к сердцу желтоглазая

нежность злая,

моя убийца — зима