 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 |
 Борись: Автор написавший пародию и не указавший об этом особо — автоматически должен считаться стилизовавшимся, а не спародировавшим.
|
|
Борись: Ну тогда я выскажусь. В правилах конкурса неодднозначно сказано, что от авторов ждут стилизаций, а не породий.
|
|
Борись: Помешал? С мысли сбил? Вельми понеже, тобишь... Не обращайте на меня внимания — в сторонке постою, покурю.
|
Борись: Интересная какая у вас беседа. Приятно на умных людей полюбоваться — такая редкость нынче 
|
|
Борись: Всем здасьте!
|
|
Peresmeshnik: Ну, может, это самоирония. Трудно сказать наверняка. Я в прозе — весьма слабо.
|
|
mynchgausen: последнее предложение
|
|
Peresmeshnik: Не берусь судить. А почему Вы так думаете?
|
|
mynchgausen: Банальная история — пародия
|
|
Peresmeshnik: Так и пусть соседствуют, если в меру. Мне кажется что Серёгина хотела дать шанс именно тем, кто проявил себя именно как пародист. Ведь некоторые указывали что их работа |
|
mynchgausen: и у них есть общее пространство
|
|
Peresmeshnik: О, про неё даже не буду. Задела. Хотя я ведь не Есенин, чего это я?
|
|
mynchgausen: пародия — передразнивание, стилизация — подражание
|
|
Peresmeshnik: Ну если сильно местами, то можно пренебречь. А если перебор — то по всей строгости
|
|
mynchgausen: Ах ты русская сторонка. — грубоватая пародия
|
|
mynchgausen: я как раз и хотел сказать, что бывают пародия не целиком, а местами
|
|
Peresmeshnik: Мне кажется что, начало — честная попытка стилизации, а потом автор устал и решил не париться. Но это просто моё одинокое частное мнение.
|
mynchgausen: в том и дело
|
|
Peresmeshnik: Вот с Дадоном не знаю, чего автор хотел.
|
|
Peresmeshnik: Конечно. Но к этому гротеску надо подвести умело. Чтоб читатель не заметил как попался
|
 Все сообщения мини-чата |
Сегодня она — Джульетта, несущая в своём сердце чистый, яркий свет первой, отчаянной любви.
Декораций нет, но это не мешает ей с душевным трепетом выйти на балкон, чтобы увидеть своего возлюбленного Ромео в ночном саду.
Слёзы в дрожащем голосе и трагически заломанные руки. Она совсем юна и хочешь счастья, того самого, о котором хором твердят все сказки.
Зрители, затаив дыхание следят за судьбой мятежных отпрысков Каппулетти и Монтекки.
Несколько секунд — как вечность.
Она перерождается в Титанию, величественную жену Оберона, короля эльфов. В осанке проступает царственность, во взгляде — обида на супруга.
Но эта маска не держится долго.
Проходит пара минут и она становится Корделией — непослушной дочерью старого короля, лишившейся наследства, благодаря своему характеру. И только потом король понимает, как был не прав... Чистота непокорной жадности и рассчёту души поражает, ранит...
Перевоплощение за перевоплощением.
Меняется грим и костюмы.
Близится утро и её последняя роль.
Самая тяжёлая, самая ненавистная.
Роль старой гардеробщицы-уборщицы в маленьком провинциальном детском театре.
Дарин 
Solary 
Divena
1. обзорная аль монашка
Пожаловаться