Я забыл причесаться, теперь вот, спеша на работу,

Отражаюсь во всем, что попало — витринно и лужно,

(Подавляя свой утренний стыд и смиряя зевоту)

А они отражают все криво и как-то бездушно.

Неужель это я? Я — небритый, лохматый и сонный,

Красный нос, фиолетовость мрачных кругов под глазами.

А на встречу, как кара, поверхностей глянцевых сонмы,

Зеркала и капоты, лжецы и жрецы амальгамы.

Да, я вовсе не пил, не имею дурацкой привычки,

Но прохожие как-то глядят принужденно и странно.

Время даже не спросят, никто не попросит и спички.

Видно думают, что я вдруг выкину форте и пьяно.

А во всем виновата шальная полночная муза,

Спать не мог, все просились на лист бесконечные строчки,

А под утро я точку поставил и… выбросил в мусор.

Как сказали бы люди, дошел, дописался до точки.

И теперь, вот, бреду полусонно, внушая сомненья,

Всем, включая милицию, дворников и духовенство.

А по небу синхронно шагает мое отраженье,

И на нем не написано, кстати, большого блаженства.

Так зачем мне сей труд, эта каторга, эти вериги?

Иногда так вот хочется взять это небо за плечи,

И встряхнуть хорошенько… Взвинтить и на улицу выгнать.

Пусть попробует — как это — утренний путь человечий.