— Давай вдвоем? Вместе нестрашно, — сказал я. — Всегда мечтал прыгнуть с моста! Без веревки или резинки какой. Прыгнуть вниз, ощутить солоноватый привкус легкой тошноты и лететь! Лететь. Несколько мгновений, но ЛЕТЕТЬ! Понимаешь?

Девушка молча смотрела вниз, на воду.

Это был недостроенный мост. Вокруг простиралась темная ночь, озаряемая лишь мерцанием тусклых городских звезд. Июльский теплый ветер гонял по мосту строительную пыль и шептал мне мимолетом что-то неразборчивое.

— Помню, как похожей ночью, такой же теплой и безлунной, я сидел на песке у небольшого костерка. Тогда я несколько часов безуспешно пытался найти хоть один спутник на звездном небе. Но то ли ночь такая странная была, то ли власти южной страны были против спутников в небе над их головой.

— Чувствовала ли ты, — и девушка удивленно посмотрела на меня, — как ветерок колышет твое тело, и ты двигаешься плавно то влево, то вправо, ощущая некий ритм? Для меня это было незабываемым ощущением! Я целиком был в том моменте и чувствовал лишь счастье. И так мало нужно было для этого...

— Вот и сейчас я стою на мосту, — подумал я вслух. — И снова я лишь в этом моменте. Неважно, что будет потом! Скорее всего, я останусь... мы останемся живы! А нет, так нет. Ну что, прыгаем? Я даже плавательные трусы надел. Вот, погляди, — я пододвинулся ближе и отодвинул резинку шорт. Девушка улыбнулась — а большего мне и не нужно было.

И мы шагнули, успев крепко взяться руками...

Через месяц мы сидели вдвоем, все так же держа руки друг друга, в небольшом кукурузнике. На нас были надеты шлемы, за плечами тяжелыми грузами висели парашюты, а за окнами проносились белые облака.

Мы прыгнули. Прыгнули снова.

— Слышишь? — Кричал я ей.

— Слышу! — Кричала счастливым голосом она в ответ.

Мы слушали тишину полета. Это была третья тишина, что я успел показать ей. До этого мы поныряли с аквалангом и ощутили несколько мгновений тишины ночной степной дороги.

Тогда, под мостом, и каждую неделю после нашего прыжка она спрашивала: «Зачем? Зачем спасал меня?». На что я каждый раз отвечал, что обязательно отвечу на этот вопрос, но когда придет нужное время.

Через три месяца мы сидели на берегу Тихого океана и были совсем одни на этом ночном пляже. Обнявшись, мы качались под дуновениями теплого ветерка и считали падающие звезды.

Я взял ее за руку и сказал лишь одно слово, но она все поняла и прижалась еще крепче к моему плечу.

А тем временем, совсем незаметный летел в космическом пространстве первый спутник Земли — Луна безмолвно улыбалась своим молочно-белым полумесяцем всему живому и неживому. И, в особенности — паре людей, что шли нагие, взявшись за руки, к мерцающей воде.