Измена счастья, с грубой серью дней.

Мой кашель раздирающий гортань своей

Неутолимой жаждой, искупаться в тине.

Куда страшней проклятье ведьмы над собой,

Предсмертной жаждой крови, ненасытной.

Мой слабый мозг покрытый скрытной

И незаметной жалостью людской.

В жестокой жизни, скучной, так испить

Живой воды, что б, наконец, восстать собой.

Но доводы прямы, за долгою зимой,

Что сердце ведьмы никогда уже не сможет полюбить...