Выход остался — веревка, и в пекло.

Зеркала на осколки, снятою маской.

Сиянье глаз, с вздохом померкло.

Себя видеть, день каждый в зеркале, в ванной,

И осознать, что не ты. Трудно, и странно.

Замывать печаль, чужой кровью обманной.

И обдумывать вещи, бесстыже, охально.

Черным-черно, в комнате душной,

И мрак, настороженно гладит душу.

Стержень неба, стебель солнца сквозь щель.

Петли колебание непрекословно.

В мире этом, все слишком условно.

Не заглушит серость торжеств акварель.

Беспорядок детский — слишком знакомо,

И слишком для тебя чужеродно.

В день этот не хватает опять-таки грома,

Что б закончить жизнь благородно.

Сколько б причин не назвать — все тщетно,

Нет весомой, но нет и обычных.

И сгущается тьма вокруг еще плотно.

И в мире нет уж людей не циничных.

Каждый день общаясь, искать в их, себя

Не найдя, все простить, и спрятать в вине.

И с хандрой проходить день изо дня,

И видеть лишь блеклость в черном окне…