Zebr: Винда... Виснет сайт — приходится перезагружаться
|
Zebr: Хорошо хоть не Суражские
|
Рыссси: виснет сайт
|
Рыссси: В Клинцах была, проездом. Новозыбковские мы
|
Zebr: предпочитаю
|
Zebr: Так же как Питеру — Сосновый Бор
|
Zebr: Нет, Брянску, я лично, предпочита... предпочитал Клинцы. Стекляшку в центре...
|
Серегина: Котёнок.
|
Рыссси: наверное, тогда была не совсем Рысь, скорее — аморфное состояние рыси)
|
Серегина: Я помню
|
Рыссси: Впервые Рысь появилась в Брянской области
|
Серегина: И все телеканалы транслируют его мужество и невозмутимость перед лицом страшного и мокрого (!!!) ливня
|
Серегина: Да.
|
Рыссси: Медведев был в Брянске?)
|
Серегина: Ваш вчерашний ливень едва не смыл сегодня Медведева.
|
Серегина: Здравствуй, Ры.
|
Рыссси: добрый вечер, Наталия
|
Серегина: Привет вам, дамы и господа, кошки и прочие Божьи творения.
|
Zebr: М-м-м... Поправьте меня, по моему "хилых шкур" не бывает...
|
Рыссси: да кому нужна твоя хилая шкурка
|
Все сообщения мини-чата |
С вами снова иногда круглосуточное радио «БЛА_БЛА ФМ» и тема сегодняшних рассуждений — лексикологическая несправедливость. Да-да, вообразите, что был обнаружен и такой её вид! Дело в том, что определённую группу лексики в русском (и другом) языках называют абстрактной. Руководствуясь могущественным принципом отрицания общепринятого, попробуем опровергнуть и это. Нам понадобится всего лишь несколько слов из данной незаслуженно обиженной группы и капелька воображения.
СВОБОДА. Так что такое — свобода? Это чувство прохладного ветра в разгорячённое лицо и отсутствие ограниченности в действиях. Выходные, не убитые множеством скучных «надо» и «должен». Возвращение домой после тяжёлого дня. Наличие возможности выражать свои мысли...
ГРУСТЬ. Это многодневный серый дождь, облетевшие листья деревьев. Плохой сон, слёзы в подушку и выключенный свет в комнате. Ссора с хорошим другом или отменившееся долгожданное мероприятие. Это неясная дрожащая тревога на донышке беззащитного сердца.
ОДИНОЧЕСТВО. Постоянно большое количество денег на счёте мобильного телефона. Ясно различимое тиканье часов. Идеи, которые не с кем разделить. Пустота в ящике электронной почты. Сказанное вслух самой себе поздравление с каким-нибудь праздником. Это состояние, когда приходишь домой — и прекрасно знаешь, что там ничего не изменилось. А всё равно ходишь по комнатам, проверяешь каждый угол... И убеждаешься в первоначальной мысли. Одиночество — разговоры с пустотой, начатые только для того, чтобы не сойти с ума окончательно.
СЧАСТЬЕ. Об этом понятии, несомненно, рассуждали не раз и не два... Но почему нет? Почему не поговорить снова и снова о столь замечательном явлении?
Счастье — это первый снег, приносящий чувство свежести и обновления. Или, наоборот, только что пробившийся наружу цветок, ещё едва-едва раскрывающий нежные лепестки. Это улыбка дорогого человека, несколько добрых слов и тёплый взгляд. Это осуществление мечты или даже всего маленький шажок по пути к ней. Это — внезапно увидеть радугу на скучном небе. Даже просто прийти домой и выпить чаю с вкусными печеньками — тоже самое настоящее счастье.
НЕОПРЕДЕЛЁННОСТЬ. Это неспокойствие в сознании, вечное чувство необходимости выбора. Как ответ на экзамене, ещё не получивший оценки. Неизвестность завтрашней погоды и колебания между балетками и сапогами. Это ситуация, когда хочешь купить какую-то вещь, но не знаешь, достаточно ли денег осталось в кошельке или на карточке. Неопределённость — книга, по прочтению которой не можешь ничего сказать. Совсем ничего, и не понимаешь, понравилась она или нет. Когда даже нельзя назвать её «ни о чём», словом, непонятно. Может, примеры слишком просты, но ведь ощутимы?
А ДЕТСТВО? Волшебное отсутствие погони за временем и уходящими возможностями. Вкус шоколадных конфет из нарядных подарочных коробок, что родители приносили каждый Новый год. Голос старушки-сказочницы, начинавший столь многие фильмы. Мягкая, тёплая шерсть любимого игрушечного медведя, у которого нет глаза и почти оторвана лапа, но «всё равно его не брошу»... Манящий запах блинов, что печёт на кухне заботливая бабушка, у которой проводишь свои первые летние каникулы. Голубое-голубое небо, такое, каким его видят только глаза детей. Оно тогда ещё не умело быть низким, серым и тяжёлым. Наверное, все помнят нечто подобное.
Абстрактность! Чушь, здесь — полная конкретика. Я тогда и слов таких не знала, и знать не стремилась. Прекрасное неведение сложных вещей...
МИЛОСЕРДИЕ. Лучше Джека Лондона, просто гениально определившего такое явление, не получится. Но всё же милосердие — сорванный с себя и отданный замерзающему на улице человеку прекрасный кашемировый шарф. Подаренная сироте игрушка и доля внимания — даже это, хотя главное, что можно предоставить несчастным детям — конечно, дом. Или идёшь по улице в направлении остановки, а там сидит старая полуслепая нищенка, протягивая трясущуюся руку. И монетка оказывается в этой руке, хотя домой идти приходится уже пешком. Ещё проще помочь родственникам. Например, болеет кто-то, а ты сидишь рядом и скрашиваешь тяжкое состояние ненавязчивым разговором. Или молчаливым присутствием. А поданный стакан с водой или лекарством? Это ведь тоже дело милосердия. Единственное — нельзя гордиться собой и ожидать награды, иначе конкретные проявления благородного чувства обернутся не менее конкретными и ощутимыми действиями тщеславия и позёрства.
ЗЛОСТЬ. Это маленькие кусочки штукатурки на полу (их падение с потолка традиционно обусловлено хлопаньем дверью). Осколки брошенной на пол ни в чём не повинной тарелки, жалобно хрустящие под ногами. Порванная страница книги, которая будет потом аккуратно склеена — но шрам останется, и всегда будет напоминать о имевшем место приступе гнева. Память о злости — сорванный голос и острая боль в горле, учащённый пульс и ноющее сердце. Ужасные подтверждения существенности! А хуже всего то, что даже минутная ярость превращается в тёмное пятно на душе.
ВЕРНОСТЬ. Её воплощение — это устремленные на вас глаза домашнего питомца, возможно, единственного существа, которое любит хозяина больше чем себя. Что-либо столь же яркое и трогательное вряд ли существует на белом свете, поверьте.
Верность — украшение, подаренное дорогим человеком. Может, оно уже утратило первоначально красивый вид, вышло из моды, не подходит к остальным предметам гардероба... Но его носят, практически не снимая, и при том бережно. Потому что любят дарителя и никогда не променяют его ни на кого другого.
Верность — сестра-близнец настоящей любви, о которой порой слишком много говорят, но встретить которую так нелегко. Они неразделимы. Это и взгляд, который не будет останавливаться и упираться в чужие глаза, и особая улыбка, ревниво хранимая только для одного. Чистая, идеальная картина! Она не должна устаревать и обесцениваться, хотя этот процесс продвигается полным ходом.
Можно здесь вспомнить и нежность, и романтику, и страсть...
Стоит ли продолжать?
Разве всё перечисленное абстрактно, разве его нельзя пощупать или прочувствовать?
Оно просто разное для каждого, но совершенно весомо и определённо.
22.10.11
конец
главы
седьмой