Leonid — Отчаянные Финансисты. Чужая История. Глава 5

Я кинулся к Тюркову. Надо как можно быстрее оказать ему первую помощь. Я судорожно пытался вспомнить азы, которые мне вдалбливали в школе. Так, для начала надо проверить наличие пульса. Я прикоснулся к шее писателя, но никаких маленьких постукиваний не почувствовал. Страх постепенно начал сковывать меня, и я не знал, что делать.

— Так главное не отчаиваться, — сказал я себе, — Коли не можешь оказать помощь сам, обратись к профессионалам.

Быстрее молнии я набрал телефон неотложки. И как только вызов был принят, мне надо было переходить ко второму шагу. Наверное, сейчас стоило оповестить родных и близких писателя. Загвоздка лишь в том, что я практически не знаю окружения своего соавтора. Хотя, можно звякнуть Леночке, но у меня нет ее номера.

Внезапный звонок заставил меня вздрогнуть, это пришли люди в белых халатах. Врач потрогал Тюркова и пришел к неутешительному выводу:

— Боюсь ему уже ничем не помочь. Вы кем приходитесь покойнику?

— Э, — замялся я, — Коллегой по работе.

— Сейчас приедет полиция, — стал объяснять мне доктор, — Как только они закончат свои дела, труп увезут. Оповестите родственников.

— Я не знаю никого из его окружения…

— Ну, посмотри записную книжку, не маленький найдешь кого-то.

— Скажите доктор, — решил спросить я, — А ему можно было помочь? Ну, если бы я не запаниковал и…

— Нет! Он скончался довольно давно. Тело пролежало здесь, по меньшей мере, восемь часов.

Восемь часов! Значит, Тюрков провел свою последнюю встречу, переговорил со мной и Леночкой и умер. А столько ведь планов он строил на сегодняшний день, и теперь всему этому не суждено больше сбыться.

Теперь-то я не узнаю, зачем писатель пытался привлечь меня. Его уже нет, а дела прошлого ворошить не станут. Что ж может это и к лучшему, что все закончилось таким образом?

Пока я думал о превратностях судьбы, одна служба сменяла другую и в скором времени тело увезли. Теперь я был совершенно один в чужой квартире. Надо сказать, место значительно изменилось. Если раньше в жилище Тюркова присутствовала атмосфера творчества и любви к литературе, то теперь царила пустота и мрак.

Я постарался взять себя в руки и отправился на поиски записной книжки. Если раньше мои поиски были ограничены лишь одной комнатой, то теперь все двери для меня были открыты. Я шел из одной комнаты в другую, пытаясь найти хоть малейшую ниточку, которая бы привела меня к личной жизни писателя. Оглядывая их, я совершенно не понимал, почему Тюрков отказывался меня в них пускать. Никаких страшных тайн тут совсем не содержалось. Видимо у него на самом деле развилась мания, и он представлял меня наглым вором. Вот только я бы не поступил так. Для меня вообще было шоком, как писатель кинул Михаила Егорова. Друзей и коллег в одно мгновение разделила жадность. И стоило ли этого того?

Ответ на мой взгляд очевиден. Скажите, кто сейчас находиться в квартире Тюркова. Где его жена, дети и родственники? Да их просто нет! То ли они не смогли ужиться со странностями творческого человека, то ли писатель излишне преувеличивал свои страхи. В любом случае так жить нельзя.

Ничего не найдя, я решил воспользоваться интернетом. Возьму на сайте издательства один из телефонов и попрошу соединить меня с Леночкой. Пусть «Алфавит» разбирается во всей этой котовасии.

После долгих объяснений меня соединили с агентом писателя. Услышав мою историю, Леночка долго охала и, в конце концов, пообещала приехать. Таким образом, я вновь должен был сидеть в этой пустой и совершенно чужой квартире.

Неожиданно мой взгляд упал на книжную полку, где в ряд стояли потрепанные томики Дюма. Несложно было догадаться, что это цикл произведений о трех мушкетерах. Видимо Тюркову очень нравились эти романы, и он их нередко перечитывал. Но теперь вот писатель не сможет взять в руки любимую книгу. От этой мысли меня зазнобило.

Вообще я очень спокойно отношусь к смерти. Рано или поздно жизнь всегда обрывается. Безусловно, жалко своих друзей и близких, прошедших с тобой значительную часть пути. Но ничего не поделаешь, так устроен человек. Я рано или поздно тоже покину этот мир и не смогу уже делать своих любимых дел. Люди будут продолжать ходить на работу, будут выпускать новые книги, по радио зазвучат новые песни, а в мире будут происходить много интересных событий — но я уже не соприкоснусь с ними. Ведь Леонид Балашов раз и навсегда ушел…

С другой стороны, я уже никогда больше не переживу новых кризисов, не буду думать каким образом дотянуть до зарплаты… Смерть, как и многие другие вещи, содержит все — и положительное, и отрицательное. И она помогает заранее взглянуть на смысл жизни. Скажите, кто вспомнит про Вас, едва гроб опустят вниз. Любимый начальник или кассирша из пятерочки? По-настоящему скучать по Вас будут лишь друзья и близкие. Поэтому нужно бросить все силы на то, чтобы это связь была настолько сильна, что сама смерть не смогла ее разрушить…

Леночка приехала через полчаса. Она все никак не могла поверить, что Анатолия Тюркова больше нет. По ее мнению это была очень злая шутка, которую придумали мы с писателем.

— Но он же был совершенно здоров, — не унималась девушка, — У него было столько планов. Новый роман…

Не договорив фразы, Леночка горько зарыдала. Ой, не надо было приглашать ее сюда. Тогда может обстановка бы не давила на нее столь сильно. Подождав пока закончиться плач Ярославны, я решил спросить:

— А у него были родственники? Друзья? Их же надо оповестить.

— Нет, — Леночка едва смогла сдержать слёзы, — У него были только мы. Издательство, книги и дорогие сердцу читатели. Он жил лишь ради всего этого.

Интересно, а известно ли Лене, что ее обожаемый Тюрков на протяжении многих лет лишь переписывал книги своего товарища по перу Михаила Егорова. Наверняка, нет. Может стоить раскрыть этот факт и восстановить справедливость. Вот только Леночка сейчас не в состоянии воспринимать правду.

— Леонид, — уже тверже заговорила агент, — Теперь ты должен продолжить начатое Толей. Ты должен дописать роман.

Вот те нате! Да, ты подруга сейчас действуешь от имени издательства. Человек едва остыл, а милая Леночка уже говорит о новой книжке. Ну не зараза ли?

— Я подумаю, — попытался уклониться я

— Не подумаю, — голос Леночки заметно изменился. Слезки мгновенно высохли и превратились в довольно острые сосульки, — В договоре значатся два лица: Леонид Балашов и Анатолий Тюрков. Но учитывая, что Тюрков умер, остаешься ты. Так что издательство ждет рукопись ровно через две недели!

— А если я не напишу.

— Про неустойки слышал, — угрожала Лена, — Подумай, как следует, прежде чем принимать решение.

***

Все-таки Тюрков сумел подставить меня. И теперь я должен был изо всех сил написать роман примерно на восемь авторских листов. А это примерно двести страниц обычного вордоского текста при одиннадцатом шрифте. Поэтому я быстренько решил выпроводить Леночку за порог и найти компьютер Тюркова.

Я обшарил весь кабинет, но Mac Book словно сквозь землю провалился. Куда же писатель смог его засунуть. Быть может, он работал с ним в спальне. Но и там было пусто. В полном отчаянии, я стал бродить по остальным комнатам. И вновь мои поиски ничего не принесли.

Я вновь вернулся в кабинет для проведения повторного осмотра. И так моя машина находиться здесь, но ноута автора не видно. Может, сотрудники полиции сперли его. Вряд ли представители закона постоянно крутились в прихожей и в другие комнаты не заходили. Хотя исключать версию ещё рановато.

А вдруг Тюрков держит Mac Book в тайнике. Быстрее молнии я подбежал к письменному столу. Так, каким образом я наткнулся на него в прошлый раз. Кажется надо лишь с силой надавить и всё. Щелчок был звуком праздника для моего уха. Я уже был переполнен ложных надежд, когда осознал — тайник пуст. Если раньше там были документы, то теперь ничего.

Довольно странно. Но может писатель переложил все в другое место. Вдруг подобных секретов у него весь дом полон. От этой мысли мне стало дурно. Да я и за месяц не справлюсь с квартирой, а рукопись надо сдавать через две недели.

Стоп! Тюрков сдавал первоначальную версию текста Алисе Олеговне. У нее уж точно должна быть копия. Заперев двери на все засовы, я помчался в издательство. Мои часы показывали половину шестого, и надо было спешить. Не думаю, что у редакторов ненормированный рабочий день.

Не буду описывать, как я перескакивала из одного транспортного средства в другое. Но у дверей издательства я стоял совершенно сырой, словно после марафонского бега. Думаете, на этом мои приключения закончились, не фига…

— Вам назначено, — стал допытываться до меня охранник

Никакие заверения, что я автор, идущий на встречу с редактором, не помогали. И сколько бы не называл я имен Леночки и Алисы Олеговны, секьюрити не хотел пропускать. Злость настолько овладела мною, что хотелось уже врезать охраннику изо всех. Будь я покрупнее, я бы может и пошел на этот шаг, но Леонида Балашова, не обладающего значительными познаниями в области боевых искусств, могли скрутить за долю секунды.

— Он ко мне, — раздалось из помещения, — Пропусти его Игорь.

Из холла издательства «Алфавит» вышла хорошенькая девушка. Она спокойно взяла меня под руку и повела по многочисленным коридорам.

— Давайте знакомиться, — предложила девушка, — Меня зовут Ира. Я ваш новый редактор.

— А куда делась Алиса Олеговна?

— Издательство отправило её в круиз, — пояснила Ира, — И это учитывая сложившиеся обстоятельства. Да будь я на месте руководства, такого бы не случилось.

— Ира, — начал я излагать суть своей проблемы, — Понимаете, я не могу найти черновиков Анатолия. Я думал, у Алисы Олеговны мог сохраниться первоначальный текст.

— Сейчас посмотрим, — Ира повернула налево и открыла первую дверь. Помещение напоминало кабинет моей бывшей редакторши, но ряд деталей выбивался из общей картины. Видимо Ирина хотела сделать свой офис более уютным и располагающим для авторов.

— Присаживайтесь, — любезно предложила редакторша, — Я сейчас забегу к Алисе Олеговне и постараюсь найти файл в ее машине.

Я опустился на удобное кожаное кресло и буквально сразу же утонул в комфорте и наслаждении. Надо будет купить себе домой такое же, оно так располагает для чтения. Вот только моей кисе придётся подточить коготки.

Пока Ира отсутствовала, я решил оглядеть интерьер. На стенах висели фотографии редакторши и писателей. Многих авторов я узнал сразу, другие же лица были мне незнакомы. А у Ирины неплохой послужной список. К тому же она еще украсила кабинет многочисленными цветами. А еще у Иры была неплохая библиотека. Сверху располагалась русская классика: Пушкин, Достоевский, Толстой. Ниже произведения зарубежных авторов: Граф Монте-Кристо, Дракула, Гордость и предубеждение. Последние разделы были посвящены современной литературе, имелись среди них и неплохие детективы.

Иры не было уже довольно долго, и я начал волноваться. Может, надо было отправиться вместе с нею, и поиски бы проходили быстрее. Хотя это я дал маху. Я же совершенно не знаю, что искать и единственное, что мне на сей день известно это название рукописи.

«Чужая история», как иронично! Может в своем новом произведении Тюрков решил покаяться перед читателями за свое преступление. Как сказала Алиса Олеговна, рукопись сильно отличалась от предыдущих работ. Вряд ли писатель использовал мои эпизоды, как это было в случае с Мишей Егоровым. Отрывки носили лишь описательный характер и не играли основной роли в сюжетных перипетиях романа. Но перечитать и разобрать их стоит, я ведь не знаю, как писатель использовал мои заготовки.

— Леонид, вынуждена Вас огорчить, — я совершенно не заметил, как в кабинет вернулась Ирина, — Но на компьютере Алисы Олеговны рукописи тоже нет.

Да худшие опасения оправдались. Со смертью писателя все его труды испарились, как и фальшивые документы. Но только мне то, что с этим делать, а?

***

Я вновь решил испытать счастье на квартире у Тюркова, хотя успеха в своей предстоящей поездке не предвещал. Интересно куда черт возьми подевалась рукопись? Конечно, среди писателей тоже существуют гении, уничтожающие свои произведения. Взять хотя бы Гоголя. Ну зачем Николай Васильевич уничтожил второй том «Мертвых Душ». Неужели текст был настолько плох, или он мог содержать разоблачения. Вдруг Тюрков нарыл на кого-то компромат и решил его опубликовать. Вполне в духе бывшего журналиста. Единственная неувязка в этой теории — я первый обнаружил труп. А если нет? Предположим, неизвестный пришел на квартиру писателя и стал упрашивать его не публиковать рукопись в таком виде. Внезапно Тюркову становиться плохо и человек решает воспользоваться предоставленным шансом. Вот только как вор узнает, что писатель умер. Ну, вполне возможно он тоже пытался оказать первую помощь.

Некто понимает, что ему удачно подфартило и решает уничтожить все имеющиеся копии. Проникнув в кабинет Алисы Олеговны, он стирает рукопись и сейчас наблюдает за дальнейшим развитием событий. Вот только откуда ему знать, что у меня на руках нет второго экземпляра текста. Как-никак я же соавтор Тюркова.

Я еще долго ломал голову над этим вопросом, но так и не смог придумать наиболее правдоподобной версии. Единственное предположение, что кто-то из окружения вора пользовался доверием автора. Но если писатель не доверял всем, как и мне, версия мгновенно разваливалась. К тому же в теории имелось одно слабое звено. Скажите, зачем вору похищать вдобавок документы Тюркова?

Вообще в этой истории одна странность накладывается на другую. Сначала Анатолий Тюрков берет мальчика с улицы в соавторы. Зачем, почему, какие мотивы? Потом выясняется, что на протяжении многих лет писатель переписывает работы своего коллеги Миши Егорова. При попытке выяснить этот факт, главред «Невской Правды» отрицает факт работы Тюркова в газете. А ведь работы Михаила и Николая публиковались под фамилией «Тюрков». Вряд ли милейший Иван Иванович забыл этот факт. Если бы не Викуся, я бы ничего не смог узнать.

Есть смысл покопаться в прошлом Тюркова. Быть может, проследив за его жизненным путем, я смогу вычислить похитителя рукописи. Но действовать надо быстро, Леночка дала мне небольшой срок для сдачи работы в издательство.

Завтра разумно наведаться к Егорову и потолковать с ним о жизни. Кто знает, может он еще выдаст мне парочку интересных фактов из жизни Николая Самсонова. А пока попробую вновь провести обыск квартиры.

Уже у самих апартаментов я почувствовал, что-то неладное. Странно я запирал дверь на все замки, а почему-то открываю лишь один. Значит, после меня в квартире был посторонний. Эх, зря писатель не поставил в своей квартире сигнализацию.

Я прошелся по квартире, с виду ничего не изменилось и не пропало. Может, приходила домработница или экономка, хотя не припомню, чтобы Тюрков пользовался услугами наемного персонала.

Интересно кто же побывал в квартире, и что он хотел найти. Если взять за основу мои прошлые предположения, то получается, за текстом Тюркова до сих пор ведется охота. Значит, вор решил убедиться в уничтожении всех копий текста.

Я включил компьютер, предназначенный мне для работы. Пришлось прощёлкать все рабочие папки, что убедиться в сохранности всех файлов. Отныне у меня не возникало идеи, что Тюрков самолично уничтожил свою рукопись. Он, как и Гоголь, может и был немного не в себе, но в отличие от классика был связан обязательствами с издателем. Значит, помимо меня за текстом гоняется кто-то еще. И мне во что бы то ни стало, нужно разыскать рукопись первым. В противном случае я попаду на очень серьезные деньги.

Конечно, моя теория по поводу погони за рукописью кажется весьма безумной, но как еще объяснить всю эту чертовщину. На всякий случай, я еще просмотрю счета писателя. Вдруг он сдал свой компьютер в сервисный центр. Но, признаюсь, это кажется мне маловероятным.

***

На следующий день, как и запланировано я поехал к Михаилу Егорову. На данный момент он был единственным лучом света в темном царстве жизни Анатолия Тюркова. Если уж он не сможет мне ни о чем рассказать, то я уже не знаю, как и быть.

Мне повезло, и Михаил был дома. Видимо у журналистов весьма интересное представление о рабочем времени. А может им и не надо восемь часов проводить в офисе, а полагается рыть землю в поисках горячего материала.

— Ну, кто еще там? — зевая, спросил Михаил. Очевидно, мой звонок поднял его с постели, что ж это даже к лучшему.

— Почтальон Печкин, — съязвил я, — Принес заметку про нашего мальчика.

— Чего, — Михаил раскрыл дверь и остолбенел. По всей вероятности он никак не ожидал меня увидеть. Ну а что касается меня, то я узнал в нем того незнакомца, даже не смотря на обработку охранников из магазина.

— Здравствуйте, — я бесцеремонно проскользнул в квартиру, — Как вы помните, мне не удалось ответить на ваш вопрос.

— Что тебе надо?

— Ну, я решил рассказать о своих злоключениях, — продолжал я, — Вы ведь можете говорить. Или вас так разукрасили, что язык не шевелиться.

— Пошел вон!

— Как невоспитанно, — я явно переигрывал, но мне было необходимо довести Егорова до нужной кондиции, — Я ведь пришел, чтоб справедливость восстановить.

— Ты еще молод и глуп, — засмеялся Михаил, — И не понимаешь, что справедливости нет.

— Ну почему же, — возразил я, — Николай Самсонов скончался вчера, и теперь вы можете занять его место.

Наверное, я выразился немного неверно, потому как реакция моего собеседника была далека от запланированной. Я полагал, что Михаил кинется помогать мне, чтобы добиться популярности и признания. Но вместо этого он побледнел и прислонился к стенке. Кажется, он терял сознание.

Пришлось срочно кинуться к раковине. Я быстро набрал в кружку холодной воды и выплеснул ее на Егорова.

— До чего же впечатлительны творческие натуры, — посмеялся я, — Придешь к ним с хорошими новостями. А они бац, и в обморок.

— По-твоему это хорошая новость, — огрызнулся Михаил, — Коля всю жизнь работал на читателей. Старался делать моё дерьмо читаемым, и каждый раз платился за это.

— Но вы же сами преследовали его, — напомнил я, — Постоянно обвиняли…

— Потому что дурак, как и ты, — ответил Егоров, — Мне давно еще надо было понять, что Самсонов меня от проклятья спас. Слава Кольке ничего не принесла. Сначала друга лишился, потом Оксана умерла, да и сын пошел по наклонной.

— Минуточку, — перебил я своего информатора, — У Тюркова была семья.

— А ты чего думал, будто он монахом жил и постоянно книжки писал.